mainImage

Панайотис Коне - изменник родины. Он не стал пианистом и биологом, но забивал "Интеру" и "Наполи"

На днях из футбола ушел классный в прошлом хавбек – Панайотис Коне. Ему всего тридцать три года, но он уже наигрался. Всякое было в его карьере – предлагаем вспомнить основные вехи в нескольких частях.

Албанец, который не видит ничего общего с этой наций. Его мать – пианистка, а отец – биолог. Коне старается поддерживать контракт с братом, который содержит бар в Афинах и тоже не считает себя албанцем 

Панайотис Коне, один из самых классных игроков из Греции последних лет десяти, повесил бутсы на гвоздь. Об этом любезно уведомил портал Transfermarket вчера вечером. Серо и буднично произошло расставание с лучшей в мире игрой у грека. Уроженец Албании просто не стал продлевать соглашение с австралийским клубом «Вестерн Юнайтед» и сосредоточился на насущных делах. В далеких девяностых о том, что Коне станет зарабатывать беготней по полю, никто в его семье не задумывался. 

Во-первых, отец, Исаак, всю жизнь проработал биологом – его привлекало изучение живых существ и их взаимодействие с природой. Мама Леонтина обучала детей прекрасному – она преподавала всю сознательную жизнь в музыкальной школе, внедряя в сферу новых Шопенов, Листов, Ван Бетховеном и Моцартов. Грек к пианино не тянуло от слова совсем. Еще зануднее ему казалось коротание времени возле микроскопа с блокнотом в руке. Кстати, никакой он не Панайотис – родители, имеющие албанское происхождение, нарекли его Джергджи (видимо, албанский аналог имени Георгий), но в раннем возрасте будущий хавбек иммигрировал с родителями в Грецию. 

Славный град Афины приютил албанское семейство, в котором, помимо Панайотиса, был еще один сын – старший. Коне как-то обмолвился в интервью, что с албанским народом у него нет ничего общего, да и своей родиной он считает только Грецию. 

«Моя родина – Греция, Афины. Я уехал из Албании в возрасте двух лет. Ничего об этой стране не помню. Да, я уважительно к ней отношусь и всегда нахожусь в тесном контакте со своей бабушкой, живущей там, но меня воспитали улицы Греции. На меня выходили представители албанской федерации футбола – я благодарен им за интерес к своей персоне, но будем честными – я не стану защищать цвета сборной, к которой не питаю никаких чувств. Я на 100% грек, и давайте больше не станем поднимать эту тему. Пусть я и мигрант, но в рамках процесса натурализации я даже имя сменил на греческое, чтобы интегрироваться в греческую нацию. Албания – это родина моих предков, но никак не моя».

Самое забавное, что брат Панайотиса, Сотирис, также не собирается родниться с Албанией – он содержит два питейных заведения в Афинах, и этот бизнес приносит ему немалую прибыль. Братья поддерживают отношения, но общаются не слишком близко в силу постоянных разъездов Коне – в пределах одной только Италии он сменил за десять лет три клуба. 

Коне не проявил себя в «Лансе», уступил 10-й номер Ривалдо, а затем уехал в «Ираклис» ради карьерного продвижения и роста. Тренерский штаб «сынов Эллады» следил за его прогрессом, но не торопился форсировать события 

Коне начал постигать азы футбольного искусства в довольно зрелом возрасте – лишь в двенадцать лет он попал в систему «Олимпиакоса». Там он провел пять лет, после чего отправился на покорение Франции – место в структуре клуба ему предложил «Ланс». Родители не отговаривали Панайотиса – отец считал, что сын вправе сам распоряжаться своей жизнью, а футбол – это отличная возможность путешествовать, смотреть мир, видеть новых людей и наслаждаться общением с ними. Во Франции Панайотис не смог реализовать свои идеи, поэтому спустя год вернулся в родные пенаты. 

Французы переправили на расчетный счет «Олимпиакоса» примерно 400.000 евро, но Коне не оправдал даже половины затраченных на него средств. Но сам не расстроился – по возвращении его сразу подписал АЕК из Афин. Тот самый клуб, которым сейчас руководит главный триумфатор спартаковской истории последних лет Массимо Каррера. По понятным причинам Коне в первую очередь посмотрел на игровую составляющую вопроса, но работать в нескольких километрах от дома – фантастика. В сезоне 2005/06 ему позволили носить футболку с десятым номером на спине – не каждый восемнадцатилетний паренек удостаивается такой чести. 

Но после прихода Ривалдо, завоевавшего Золотой мяч, его лафа закончилась – пришлось соглашаться неохотно на двадцать второй номер. Все-таки бразилец – звезда первой величины, мировых масштабов, и с его мнением пришлось считаться в столь нежном возрасте. Три года в АЕКе этнический албанец зарабатывал уважение болельщиков, журналистов и тренеров других команд – в сборной Греции за его плодотворной работой на молодежном уровне наблюдали, но подтягивать к «сынам Эллады» хотели плавно. 

Коне хотел судиться с «Ираклисом», но греческая федерация футбола заняла сторону клуба. Он самовольно отлучился в тренировочный лагерь «Брешии», но затем все-таки заключил договор с итальянцами по букве закона 

В 2008-м году Коне сменил клуб в пределах Греции – «Ираклис» долго и упорно настаивал на его передислокации. Грек не сошелся в цене с руководством АЕКа, поэтому продлить контракт отказался. За два сезона в менее скромном «Ираклисе» Панайотис раскрылся по-новому – восемь голов записал на лицевой счет и провел сорок девять матчей. 

Да, пусть далеко не всегда его использовали в качестве главной боевой единицы, но он никогда не вешал нос и старался внести положительный импульс в передвижения команды. Греческие эксперты считали, что Коне – талантливый игрок, однако очень нестабильный, и его футбольное мастерство проявлялось лишь временами. Да и на команду грек работал в «Ираклисе» не слишком часто – с завидным постоянством он перетягивал одеяло на свою сторону. А в июле 2010-го года хавбек еще и в споры вступил. 

Ему поступило предложение от итальянской «Брешии» - он приехал в тренировочный лагерь, чтобы потренироваться с клубом и показать себя во всей красе. К сожалению, он не поставил в известность руководство «Ираклиса», с которым у него был действующий контракт. Когда «Брешия» узнала, что грек связан контрактными обязательствами с клубом высшего дивизиона, его незамедлительно отправили домой. Он просил руководство «Ираклиса» расторгнуть соглашение в одностороннем порядке, так как, по мнению Коне, итальянский футбол идеально подходил к его стилистике. 

Клуб отказывался, мотивируя тем, что из «Брешии» никто не выходил, да и самому Коне неплохо было бы уважать подписанный его рукой договор. Мирно разобраться и уладить конфликт не получилось, поэтому в конце месяца грек обратился в греческую федерацию футбола с просьбой помочь в расторжении контракта. Увы, спортивные чиновники заняли сторону клуба и попросили Коне доработать договор до конца. Тем не менее, после жарких и долгих дебатов, за которыми следили в разной степени все новостные порталы Греции, Коне оказался в «Брешии». Уже в официальном статусе.